Горная идиллия
I
На горе стоит избушка,
В ней живёт шахтёр седой;
Шумны тёмные там ели,
Светел месяц золотой.
У окна резное кресло,
Чудо-кресло, не скамья,
Кто сидит в нём, тот счастливец.
И счастливец этот — я!
На скамеечке малютка
У моих уселась ног;
Глазки — звёзды голубые,
Ротик — аленький цветок.
Глазки-звёздочки раскрыты
Широко, как небосвод,
И лукаво к пухлым губкам
Свой лилейный пальчик жмёт.
«Нет, не бойся, мать не видит:
Села с прялкою к окну,
А отец взял в руки цитру
И поёт про старину».
И малютка продолжает
Тихо в уши мне шептать,
Много тайн за это время
Довелось мне услыхать.
«С той поры, как нету тётки,
Не приходится уж нам
Ездить в Гослар на гулянье,
Вот чудесно было там!
Здесь, на этом горном склоне,
Так тоскливо жить одним,
А зимою мы под снегом,
Как схоронены сидим.
И при том же я трусиха,
Как дитя, впадаю в страх,
Только вспомню злобных духов,
Промышляющих в горах».
Точно слов своих пугаясь,
Прерывает вдруг рассказ,
И обеими руками
Прикрывает звёзды глаз.
Всё шумнее шелест ели,
Громче треск веретена,
И в звенящих струнах цитры
Оживает старина.
«Не страшись, моя малютка,
Злые духи скрылись прочь,
Божьи ангелы на страже
Над тобою — день и ночь!»
II
Ель протягивает пальцы
И стучится под окном,
Месяц, бледный соглядатай,
Льёт сиянье в тихий дом.
Мать с отцом храпят негромко
В ближней спальне за стеной,
Мы же время коротаем
За блаженной болтовнёй.
«Будто часто ты молился?
Нет, меня не проведёшь, —
Неужели от молитвы
На губах такая дрожь?
Эта дрожь, такая злая,
Страх наводит на меня,
Но в глазах твоих сиянье
Благодатного огня.
Сомневаюсь, чтоб ты верил,
Как священник нас учил,
Чтобы ты отца и сына
И святого духа чтил».
«Ах, дитя моё, ребёнком,
У родимой на руках,
Верил я, что правит миром
Бог-отец на небесах.
Тот, кто дивно создал землю,
Человека сотворил,
Кто звездам, луне и солнцу
Их пути определил.
А когда я вырос, крошка,
Много больше я узнал
И, постигнув человека,
В сына верить тоже стал,
В сына божьего, что людям
Дал любовь и чистоту
И, как водится, в награду
Пригвождён был ко кресту.
Я теперь созрел, начитан,
Видел многие края,
И в святого духа верю
Всей душой своею я.
Сотворил чудес он много
И ещё творить готов.
Он разрушил замки гордых,
Сокрушил ярмо рабов.
Раны лечит, обновляет
Право древней старины:
Все мы, люди, от рожденья
Благородны и равны.
Гонит он туманы злые
И рассеивает гнёт,
Что вкушать любовь и радость
День и ночь нам не даёт.
Сотни рыцарей отважных,
В броне панцирей и лат,
Служат духу всеблагому,
Волю высшую творят.
Гордо веют их знамена,
И мечи блестят у них, —
Ты хотела бы, малютка,
Видеть рыцарей таких?
Так гляди ж смелей мне в очи,
Поцелуй меня! Взгляни!
Я и сам такой же рыцарь,
Рыцарь духа, как они!»
III
За зелёной хвоей ели
Месяц тихо прячет лик,
В нашей комнате мерцает
Догорающий ночник.
Только звёзды голубые
Светят ярче в поздний час,
И пылает алый ротик,
И она ведёт рассказ:
«Эти крошки — домовые
Поедают нашу снедь,
Накануне полон ящик,
Поутру — пустая клеть.
Эти крошки слижут ночью
Наши сливки с молока,
А остатки выпьет кошка
Из открытого горшка.
Да и кошка наша — ведьма:
Ночью вылезет на двор
И гуляет в дождь и вьюгу
По развалинам средь гор.
Там стоял когда-то замок,
В пышных залах яркий свет,
Дамы, рыцари и свита
Танцевали менуэт.
Но однажды злая фея
Нашептала злобных слов,
И теперь среди развалин
Гнёзда филинов и сов.
Впрочем, тётка говорила:
Стоит только слово знать
И его в урочном месте
И в урочный час сказать, —
И опять из тех развалин
Стены гордые взойдут,
Дамы, рыцари и свита
Танцевать опять начнут;
Тот, кто скажет слово, станет
Обладателем всего,
Звуки трубные прославят
Светлость юную его».
Так цветут волшебной сказкой
Алых губок лепестки,
И сверкают в глазках-звёздах
Голубые огоньки.
Нижет кудри мне на пальцы
И дает им имена,
И смеётся и целует,
И смолкает вдруг она.
И с таким приветом тихим
Смотрит комната на нас;
Этот стол и шкаф как будто
Я уж видел много раз.
Мирно маятник болтает,
Струны цитры на стене
Еле слышно зазвенели,
И сижу я как во сне.
«Вот урочный час и место,
Вот, пора когда сказать.
Ты, малютка, удивишься,
Как я слово мог узнать.
Лишь скажу — и ночь поблекнет,
Не дождавшись до утра,
Зашумят ручьи и ели,
Вздрогнет старая гора.
Из ущелья понесутся
Звуки, полные чудес,
Запестреет, как весною,
Из цветов весёлый лес,
Листья, странные, как в сказке,
Небывалые цветы
Полны чар благоуханья
И пьянящей пестроты.
Розы красные, как пламя,
Загорятся здесь и там,
И колонны белых лилий
Вознесутся к небесам.
Звезды крупные, как солнца,
Запылают над землей,
В чащи лилий исполинских
Свет вливая голубой.
Мы с тобой, моя малютка,
Всех изменимся сильней;
Окружат нас шёлк и бархат,
Вспыхнет золото огней.
Ты принцессой станешь гордой,
Замком сделается дом, —
Дамы, рыцари и свита
Пляшут весело кругом.
Всё моё — и ты, и замок —
В этом сказочном краю,
Славят трубы и литавры
Светлость юную мою!»
|
|
